Великобритания — страна, подарившая миру плюшевых британских и шотландских кошек, необычных корниш-рексов и девон-рексов, изящную бурмиллу и целую культуру cat fancy, благодаря которой кошки перестали ловить мышей по дворам и амбарам и переселились на мягкие подушки, превратившись в изнеженных домашних компаньонов. Именно в Великобритании в XIX веке благодаря Харрисону Вейру состоялась первая в мире выставка кошек, что утвердило пушистых любимцев в статусе существ утонченных, почти светских. Даже встретить черного кота в британских суевериях не к невезению, а к большой удаче и процветанию. В британской литературе мы тоже часто встречаем знаковых персонажей-кошек — Чеширского Кота из «Алисы в Стране чудес», Тобермори из одноименного сатирического рассказа британского писателя Саки (Гектор Хью Манро), Эдварда-Завоевателя, в которого вселилась душа Ференца Листа, из рассказа Роальда Даля и целую мурчащую плеяду из сборника стихов Томаса Стернза Элиота «Популярная наука о кошках, написанная Старым Опоссумом», ставшего основой для знаменитого мюзикла «Кошки». Немало было в культуре страны и невымышленных любимцев, сопровождавших великих людей и знаменитостей. О них — наш сегодняшний материал.
Ларри
Должность главного мышелова правительственной резиденции (Chief Mouser to the Cabinet Office) — одна из самых необычных и при этом непреходящих институций британского государства, явно придуманная где-то на стыке бюрократии, традиции и национального чувства юмора. Коты при правительстве выполняли свои обязанности еще с XVI века, со времен правления Генриха VIII, когда кардинал Томас Уолси, лорд-канцлер короны, начал появляться со своей кабинетной кошкой даже во время судебных заседаний. Однако официальные полномочия кошки получили лишь в XX веке: записи о кошачьих резидентах Даунинг-стрит, 10, ведутся с 1929 года, когда казначейство разрешило выделять из бюджета по пенни в день «на содержание эффективного кота», а в 2011 году должность «кот премьер-министра» закрепили уже законодательно. С тех пор мышеловы сменяли друг друга независимо от политических тенденций, лишь по естественным причинам, так как не принадлежат конкретным премьер-министрам (рекорд долголетия поставил кот Питер III, переживший пять глав правительства, от Клемента Эттли до Александра Дугласа-Хьюма).
После кончины кошки-резидента Сибил в 2009 году здание несколько лет оставалось без хвостатого сотрудника, и крысы, перебегающие ступени резиденции премьер-министра, начали попадать в кадры телевизионных репортажей. После публичного конфуза и внутренних дебатов о необходимости нанять мышелова и появился Ларри, которому сейчас уже около девятнадцати лет — точный возраст установить не получается, потому что его взяли в приюте Battersea Dogs&Cats, куда он попал с улицы. 14 февраля 2011 года семья премьер-министра Дэвида Кэмерона выбрала Ларри в шелтере, и он стал первым котом в истории Великобритании, чье звание было признано государством формально. С этого момента Ларри превратился в постоянного участника английского политического пейзажа: папарацци фотографируют его у входа в резиденцию, сотрудники пресс-офиса ведут от его имени аккаунты в соцсетях, журналисты иронично приписывают ему участие во внутриполитических интригах; ему даже было посвящено отдельное исследование. Кстати, карьера кота началась со скандала: объявился человек, называвший себя настоящим хозяином Ларри, и развернул целую компанию по возвращению кота, но потом выяснилось, что он самозванец.
Ларри на своем посту пересидел уже шестерых премьер-министров. Способности главного мышелова к охоте на крыс действительно высоко ценятся; он также охотился на голубей, гонял лис и обижал лабрадора Риши Сунака Наву. Его котейшество за свою карьеру был потискан Урсулой фон дер Ляйен, Владимиром Зеленским, Энтони Альбанезе и Бараком Обамой, а вот к Дональду Трампу и Мелании не подошел, а предпочел возлежать на окне во время их фотосессии с Терезой и Филипом Мэй. Несмотря на свой почтенный для кота возраст, Ларри все еще здоров и продолжает выполнять профессиональные обязанности (вопреки слухам о кончине, ходившим в августе 2024 года), хотя и стал куда более ленивым, нежели раньше. Эмманюэль Макрон даже пошутил, что этот кот еще поваляется на гобелене из Байе (памятник средневекового искусства, который в этом году Франция временно передает Британии).
Фрейя
Ларри не всегда выполняет свои обязанности в одиночестве. Например, одно время вместе с ним жила Фрейя, имевшая довольно драматичную биографию. Она была домашней кошечкой семьи канцлера казначейства Джорджа Осборна, но однажды пропала. А затем нашлась! Так как Фрейя почти три года скиталась по улицам и приобрела определенные навыки выживания, ее было решено назначить на замену Ларри в 2012 году — после того, как Ларри был обнаружен спящим в кресле, когда по кабинету пробегала мышь. Фрейю тут же окрестили доминантной кошкой в этом прайде, а Дэвид Кэмерон заставил ее патрулировать дома 10, 11 и 12 на Даунинг-стрит. В СМИ тогда появлялись сообщения о том, что Фрейя «закалена в уличных боях» и точно «наведет шороху на районе», а Ларри решили уволить. Ларри отреагировал на появление коллеги болезненно. Между кошками возник конфликт за территорию, дошедший до уличных стычек у входа в резиденцию и даже вмешательства полиции. В итоге от идеи замены отказались: Ларри сохранил свой статус и остался жить на Даунинг-стрит, а Фрейя официально разделила с ним обязанности. Со временем напряжение спало, служебные отношения перешли в режим осторожного сосуществования, став отдельным сюжетом для британской прессы, которая следила за кошачьей иерархией не менее внимательно, чем за правительственными перестановками. В итоге, говорят, коты почти подружились.
«Сотрудницей» Фрейя все же оказалась не самой благонадежной: она любила подолгу пропадать, часто оказывалась более чем в миле от резиденции и однажды попала ДТП — ее сбила машина в Уайтхолле. После этого кошку отправили восстанавливаться в сельскую местность графства Кент, а в ноябре 2014 года официально освободили от должности, хотя на пенсию она все же вернулась в Лондон и поселилась с семьей руководителя отдела государственного гостеприимства Роберта Александера. Умерла «уличная странница, побывавшая в эпицентре британской власти» в августе 2022 года в возрасте тринадцати лет.
Палмерстон
После успехов котов правительственной резиденции другие британские ведомства тоже решили избавляться от вредителей аналогичным способом. Главным конкурентом Ларри считается Палмерстон, поступивший на госслужбу в 2016 году и занявший пост главного мышелова в резиденции Министерства иностранных дел Великобритании на Кинг-Чарльз-стрит. Черно-белый смокинг, благородное происхождение из того же приюта Battersea и имя в честь лорда Палмерстона, бывшего министра иностранных дел и премьер-министра,— звучит многообещающе? По карьерной лестнице кот взлетел быстро: за первые полтора года работы он поймал 27 мышей и зарекомендовал себя лучшим мышеловом страны, превзойдя Ларри.
С конкурентом Палмерстон, кстати, был знаком лично. Коты не раз сталкивались у правительственных зданий, а одна из потасовок в 2018 году закончилась тем, что Ларри потерял ошейник. Чуть раньше Палмерстона уже выдворяли из дома 10 за самовольное проникновение, а еще одна драка стоила ему травмированного уха. Британская пресса следила за этими «межведомственными конфликтами» с большим интересом. Правда, в том же году Палмерстон сдал позиции: он поднабрал вес и стал лениться на рабочем месте, из-за чего вышла официальная рекомендация сотрудникам Форин-офиса мышелова не подкармливать. А в 2017 году от имени Палмерстона объявили о назначении кошачьих дипломатов в зарубежные миссии: спасенный уличный кот Лоуренс из Абдуна отправился в посольство в Аммане, а котенок Лейла Пикси получила пост при консульстве в Стамбуле.
Пандемия COVID-19 поставила точку в активной службе Палмерстона. В 2020 году он, как и многие сотрудники, перешел на удаленный формат, а затем официально ушел в отставку, предпочтя спокойную жизнь,— он поселился у одного из сотрудников внешнеполитического ведомства в загородном доме и больше не отчитывался о результативности. В прошлом году кот внезапно вернулся в строй и был назначен консультантом по отношениям с кошками у губернатора Бермуд, но, к сожалению, умер в феврале этого года.
Гладстон
Вообще приют Battersea Dogs&Cats точно стоит считать аналогом Westminster School или Оксбриджа — настолько много его «выпускников» в итоге оказываются на госслужбе. Гладстон заступил на службу в казначейство летом 2016 года, заняв пост главного мышелова в здании на Уайтхолле и пополнив созвездие ведомственных котов. Черный как ночь, с серьезным выражением морды, он был назван в честь Уильяма Юарта Гладстона, рекордсмена по числу премьерских сроков, и выглядел самым подходящим кандидатом для финансового ведомства. Сейчас ему примерно двенадцать лет; в приюте кот, найденный на улицах Лондона без чипа и каких-либо следов прежних хозяев, был известен под куда менее торжественным именем — Тимми.
К службе его готовили основательно. Сотрудники отмечали, что, как и многие бывшие бездомные коты, он ел слишком быстро и слишком много, так что проблему пришлось решать специальной кормушкой-головоломкой. На новом месте Гладстона не пришлось упрашивать показать себя с лучшей стороны: уже на вторые сутки он поймал свою первую мышь, а за первые три месяца записал на свой счет шесть поимок и заслужил в прессе прозвище «хладнокровного убийцы». Его обязанности охватывали здание казначейства по адресу Хорс-Гардс-роуд. Еду ему оплачивали сами сотрудники ведомства, по выходным за котом присматривала служба безопасности, а в пресс-релизах подчеркивалось, что содержание мышелова не стоит налогоплательщикам ни пенни. Публичная сторона карьеры тоже сложилась удачно: у Гладстона появился официальный инстаграм-аккаунт Treasury Cat, который быстро собрал тысячи подписчиков, кот стал героем видеороликов казначейства и регулярно получал подарки со всего мира, от именных ошейников до вязаных шарфов и рождественских игрушек, а в 2017 году журнал Time Out London включил его в список самых политически влиятельных животных Вестминстера.
В 2019 году Гладстон ушел на пенсию. Официальные сообщения подчеркивали, что он жив и здоров, просто переехал жить к одному из сотрудников казначейства, чтобы жить свою лучшую жизнь, и что ему не будут искать замену. Позже, уже в ответ на запрос по закону о свободе информации, ведомство признало, что подсчитать точное число пойманных котом мышей слишком сложно, это выходит за допустимые рамки бюрократического терпения.
Хамфри
В нынешнем списке мышеловов с Даунинг-стрит, 10, двенадцать кошачьих кличек, и мы не будем подробно рассказывать про каждого кота. Но упомянем еще того, на чью службу пришелся золотой век британской политики: черно-белому Хамфри повезло работать бок о бок с Маргарет Тэтчер, Джоном Мейджором и Тони Блэром. Мышеловствовать он начал в конце 1980-х, а официальное имя получил в честь Хамфри Эпплби — циничного и вездесущего чиновника из ситкома «Да, господин министр», классики британской политической сатиры. На службу Хамфри поступил после смерти Уилберфорса, кота с весьма сомнительной эффективностью, но очень любимого Тэтчер (она даже преподнесла ему прощальный подарок, когда он уходил в отставку). Профессиональный истребитель грызунов, которого нанимали параллельно, обходился государству в несколько тысяч фунтов в год и, по слухам, не поймал ни одной мыши. Хамфри же стоил бюджету около сотни фунтов в год и исправно делал свою работу — а в старом здании на Даунинг-стрит мыши и тогда были постоянной проблемой. Карьера пошла в гору быстро, и к середине 1990-х Хамфри уже официально именовали главным мышеловом правительственной резиденции.
Кот оказался и редким любимцем прессы: Хамфри регулярно позировал фотографам у знаменитой черной двери, а однажды едва не стал героем международного скандала, чудом увернувшись от колес кадиллака тогдашнего президента США Билла Клинтона. Его жизнь сопровождалась сплетнями и «утками» желтой прессы. Так, в 1994 году кота обвинили в убийстве четырех малиновок, гнездившихся у окна кабинета Джона Мейджора,— премьер тогда публично встал на защиту подчиненного, а много лет спустя журналист признался, что история была полностью им придумана. В следующем году Хамфри и вовсе «умер» — по крайней мере так сообщили журналистам; на деле же он просто ушел в самоволку и в конце концов был обнаружен в Королевском армейском медицинском колледже, где его приняли за бездомного и переименовали в PC (патрульный кот). Возвращение сопровождалось официальным заявлением от его имени о прекрасных каникулах и готовности к новой парламентской сессии.
После прихода к власти лейбористов Хамфри оказался в центре еще одного скандала: в прессе заговорили о том, что Шери Блэр якобы невзлюбила кота. Чтобы погасить слухи, была срочно опубликована фотография миссис Блэр с Хамфри на руках. Тем не менее в конце 1997 года было объявлено, что Хамфри уходит в отставку по состоянию здоровья — из-за проблем с почками — и переезжает жить к сотруднику офиса премьер-министра. Его новый адрес держали в секрете, опасаясь излишнего внимания. В 2006 году официально сообщили, что котик скончался.
Мичи
Мичи несколько лет жил в лондонском посольстве Эквадора вместе с Джулианом Ассанжем и стал, кажется, самым политизированным котом своего времени. Питомец появился у австралийского редактора и активиста в 2016 году. По официальной версии, он был подарком от его детей, а по менее официальной, озвученной друзьями и журналистами,— кот вообще возник примерно в то время, когда Ассанж запросил убежище, и был взят для того, чтобы работать на благо публичного имиджа изгнанника. Имя Мичи на языке кечуа означает просто «кот», но в соцсетях он почти сразу обзавелся кличками вроде Embassy Cat и Cat-stro (в честь Фиделя Кастро).
Социальные сети Мичи развивались стремительно: Twitter и Instagram за первые дни существования аккаунта собрали тысячи подписчиков, а в постах то и дело проскальзывали осторожные политические высказывания (например, про «Брексит»). Было даже видео с Хиллари Клинтон. Американские и британские медиа быстро раскусили, что это часть некоего ребрендинга Ассанжа, попытка смягчить образ международного беглеца, а заодно продать мерч с котом и, возможно, на этом заработать. Со временем активность аккаунтов сошла на нет, и к 2018 году Мичи появлялся в ленте скорее эпизодически, как и его хозяин в новостях. Но в 2018-м новые правила посольства Эквадора обязали Ассанжа нести полную ответственность за благополучие, питание и гигиену кота, в случае невыполнения требований ему бы пришлось лишиться питомца. Адвокаты назвали это уничижением, Ассанж подал в суд, но проиграл. По данным журналистов, именно история с Мичи стала одним из факторов, пусть и второстепенных, приведших к его окончательному выселению из посольства.
Дальнейшая судьба кота остается туманной. Одни источники утверждали, что Мичи передали в приют, другие — что он оказался у знакомых или родственников Ассанжа. Само посольство от комментариев отмахивалось сухо: «Мы не зоомагазин». Известно лишь, что в итоге Ассанж действительно расстался с котом, объяснив это тем, что его собственная изоляция делает нормальную жизнь питомца невозможной.
Оскар
Разумеется, в список самых известных котов Британии входят не только политизированные усатые-полосатые. Вот, например, черный кот Оскар с острова Джерси — он дважды попал в Книгу рекордов Гиннесса: как первое животное с двумя бионическими имплантами и как первое существо, которому их установили в подвижные суставы. В 2009 году Оскар — на тот момент ему было всего два с половиной года — получил тяжелую травму, попав под сельскохозяйственный комбайн, и лишился обеих задних лап. Его нашел случайно проезжавший мимо велосипедист и доставил хозяевам — Кейт Аллан и Майку Нолану,— которые были уверены, что любимца придется усыпить. Однако местный ветеринар Питер Хауорт стабилизировал состояние животного и предложил вариант, который на тот момент звучал почти фантастически,— обратиться к ветеринарному хирургу Ноэлю Фицпатрику, разрабатывавшему инновационные методики лечения травм конечностей.
Фицпатрик решился на операцию, которой раньше не делали ни одному живому существу,— установку внутрикостных транскожных протезов, разработанных совместно с учеными из Университетского колледжа Лондона. Импланты, известные как ITAP, вживлялись непосредственно в кость и проходили через кожу, позволяя избежать постоянных воспалений,— принцип, заимствованный у природы, из механизма роста оленьих рогов. Операция прошла успешно, и вскоре Оскар начал ходить на протезах. Разумеется, это не осталось не замеченным общественностью: за освещением лечения котика в прессе последовали документальный фильм Би-би-си, съемки для Channel 4 в сериале «Супервет», и, наконец, выход книги «Оскар: бионический кот» в 2013 году. Конечно, нельзя назвать новую жизнь Оскара простой, хотя он вновь получил возможность не только ходить, но и играть и бегать: ему приходилось постоянно навещать ветеринаров, травмы вызывали инфекции, импланты ломались, требовались новые операции (в 2013 году Фицпатрик заменил один из протезов на более современную систему Perfits, потребовавшую индивидуальной разработки стопы и новой схемы крепления). Но был у истории один крайне важный аспект. Технология, впервые опробованная на Оскаре, со временем вышла за пределы ветеринарии, и аналогичные импланты начали тестировать в человеческой медицине, в том числе для пациентов, пострадавших в результате терактов в Лондоне в 2005 году.
Оскар же прожил долгую по кошачьим меркам жизнь и умер в июле 2025 года в возрасте восемнадцати лет.
Уличный кот Боб
В середине 2000-х Джеймс Боуэн был бездомным, ночевал на улицах Лондона, играл на гитаре за подаяния и боролся с героиновой зависимостью. Возвращаясь однажды вечером в социальное жилье, он заметил в коридоре рыжего кота. Сначала решил, что тот чей-то, но через пару дней понял, что у животного нет хозяев. Рыжик был истощенным, с плохой шерстью, царапинами на морде и воспаленной раной на лапе. Боуэн отвез его в ветклинику Blue Cross, где коту назначили курс антибиотиков; на лекарства ушли последние 20 фунтов, отложенные на еду. Боуэн собирался лишь пролечить кота и отпустить дальше гулять самому по себе, но после лечения кот начал следовать за парнем буквально повсюду — вплоть до того, что однажды зашел с ним в автобус. Тогда Боуэн понял, что выбора у них обоих уже нет, и оставил кота себе, назвав Бобом — в честь персонажа из сериала «Твин Пикс».
Весной 2007 года Боуэн принял решение, которое позже не раз будет связывать именно с появлением Боба: он начал лечение метадоном и отказался от героина. Боб сопровождал его на уличных выступлениях в Ковент-Гардене и на Пиккадилли-Серкус, сидел рядом, а потом ехал с тем, кого выбрал своим хозяином, в автобусе №73. Позже Боуэн стал продавать журнал The Big Issue, и пара стала узнаваемой: прохожие фотографировали их, туристы приходили специально посмотреть, видео разлетались по YouTube и соцсетям. В итоге Джеймс написал и опубликовал книгу «Уличный кот по имени Боб», которая была переведена на несколько языков и экранизирована (после вышло еще девять книг и один фильм — «Рождество кота Боба», причем Боб сам исполнил свою роль в обеих картинах). После этого Боуэн превратился в весьма узнаваемого музыканта, которого стали приглашать на выступления, и он на свою все еще далеко не фантастическую прибыль занялся благотворительными инициативами. Боба любили все — за его умение принимать «понимающие» позы (например, он как будто вдумчиво читал книгу о себе на коленях у хозяина), умильное выражение мордочки и отличное умение держаться на публичных мероприятиях. Даже герцогиня Кембриджская Кейт не упустила возможности его погладить.
В июне 2020 года Боб погиб. Коту было, по разным оценкам, от четырнадцати до шестнадцати лет. После его смерти Боуэн и редакция The Big Issue получили тысячи сообщений со всего мира, а в 2021 году на площади Ислингтон-Грин появился мемориал Бобу. К сожалению, жизнь Джеймса все еще нельзя назвать полностью налаженной: после смерти любимого питомца у него случился рецидив зависимости, а из-за повышения ставок по ипотеке он снова стал бездомным.
Катманду
Среди британских политических кошек есть и номенклатура: с 1999 по 2002 год Катманду разделил верховенство в Официальной чудовищной бредовой чокнутой партии (Official Monster Raving Loony Party, OMRLP) вместе со своим владельцем и председателем партии Аланом Хоупом по прозвищу Хаулинг Лауд. После кончины основателя партии, Кричащего Лорда Сатча, в 1999 году было решено провести выборы нового лидера, и кандидатов оказалось двое: Хоуп и его кот. Голосование завершилось идеальной ничьей — по 125 голосов каждому. Как действующий председатель партии, Хоуп имел решающий голос и распорядился им в духе OMRLP — объявил себя и Катманду совместными лидерами, так что Катманду не стал довольствоваться ролью маскота и занимал должность до конца своих дней. Особенно забавно, что период совместного правления оказался для партии на удивление успешным: на всеобщих выборах 2001 года OMRLP выставила рекордное для себя число кандидатов (пятнадцать), а имя Катманду регулярно упоминалось в прессе наравне с его человеческим сопредседателем. В июле 2002 года кот погиб в дорожно-транспортном происшествии, и Хоуп вновь стал единоличным лидером. В ответ партия выдвинула один из своих самых запоминающихся пунктов — предложение обязать власти оборудовать основные дороги переходами для кошек. OMRLP даже предлагала закрепить уникальность Катманду законодательно и запретить называть этим именем любых других кошек, но это их требование осталось без внимания.
Каспер
В конце нулевых пушистый черно-белый кот из Плимута стал героем мировых новостей после того, как выяснилось, что он каждый день самостоятельно садится на городской маршрут, спокойно катается туда-обратно и выходит ровно там, где нужно. Кот пингвиньей окраски появился у своей хозяйки, медицинской работницы Сьюзан Финден в 2002 году, когда она забрала его из приюта в Уэймуте. Сначала кота звали Морс, но имя быстро сменили на Каспера, в честь дружелюбного привидения: он постоянно исчезал, уходил гулять и возвращался тогда, когда считал нужным. Очень скоро стало ясно, что котик самостоятельный: он не боялся людей, машин и шума, охотно заглядывал в офисы, аптеки и медицинские кабинеты по соседству и, как выяснилось позже, испытывал особую симпатию к общественному транспорту.
Когда Финден в 2006 году переехала в Плимут, Каспер начал жить по новому расписанию. Лишь в 2009 году хозяйка узнала, чем именно кот занимается днем в ее отсутствие: водители рассказали, что он вежливо стоит на остановке напротив дома, дожидается нужного автобуса, заходит вместе с пассажирами и запрыгивает на свое любимое сиденье. Обычно он проезжал весь маршрут (около восемнадцати километров туда и обратно) и выходил только на конечной остановке рядом с домом. Водители следили, чтобы Каспер не вышел раньше, а пассажиры относились к нему как к полноправному попутчику и не досаждали излишним вниманием. Финден написала благодарственное письмо автобусной компании First Devon&Cornwall и в местную газету The Plymouth Herald, историю подхватили национальные и международные СМИ, Каспер появился на BBC News, стал героем редакционной колонки The Guardian, а автобусная компания украсила несколько автобусов его фотографиями и официально объявила, что проезд для кота бесплатный. Один из представителей компании заметил, что в кошачьих годах Каспер уже пенсионер, а значит, имеет право на льготы (хотя не то чтобы до этого ему приходилось платить...).
14 января 2010 года Каспера сбило такси недалеко от дома. Водитель не остановился, и формально это не нарушало британских правил дорожного движения: обязанность останавливаться предусмотрена при столкновении с собаками, но не с кошками. Новость быстро облетела мир, а на автобусной остановке, где Каспер обычно ждал свой любимый автобус, появилось объявление с прощальными словами от хозяйки. Сьюзан получила соболезнования из десятков стран, от Австралии до Аргентины, несмотря на то что, к сожалению, все коты на самовыгуле по очевидным причинам редко живут долго. Позже Финден написала книгу «Каспер, кот-путешественник», которая вышла в Великобритании и была переведена на шесть языков, включая русский; обсуждалась и экранизация этой истории.
Нала
Каспер, кстати, был не единственным любителем общественного транспорта среди пушистых. Рыже-белая полосатая кошка Нала из Стивениджа почти ежедневно появлялась на турникетах местной железнодорожной станции, сидела, наблюдала за потоком людей, терпеливо принимала поглаживания, комплименты и позировала для фото. Жители района здоровались с Налой по пути на работу и прощались вечером, а некоторые приходили на поезд на пару минут раньше, чтобы провести время с кошечкой.
Вообще-то Нала не была бездомной кошкой: она жила в десяти минутах ходьбы от станции вместе со своими владельцами Наташей Амблер и Льюисом Эймсом. Ее взяли из приюта RSPCA, где у нее остался братик по кличке Симба (имена, разумеется, были выбраны в честь персонажей «Короля Льва»). С раннего возраста Нала оказалась кошкой независимой и любопытной, регулярно обходила окрестности и довольно быстро включила станцию в свой ежедневный маршрут. После того как в 2023 году котородители создали группу в Facebook, чтобы делиться снимками Налы, кошка заинтересовала национальные СМИ, включая Би-би-си и Sky News, а на телевидении ее окрестили неофициальным билетным контролером станции. Хозяева снабдили Налу GPS-ошейником — и оказалось, что за неделю она нахаживала более полусотни километров, регулярно заглядывала в парк отдыха, а однажды провела большую часть ночи в кинотеатре. Из-за постоянных звонков от обеспокоенных прохожих, считавших ее потерявшейся, на ошейнике появился дополнительный жетон с пояснением, что с кошкой все в порядке, она просто гуляет. Однажды Налу сбила машина — кошка отделалась легкими травмами, но и после этого хозяева не стали ограничивать ее свободу.
У Налы появились десятки тысяч подписчиков в соцсетях (TikTok и Instagram), под Рождество 2023 года на ее аккаунтах вышел шуточный сингл Check Meowt (он прозвучал и на региональном радио Би-би-си), она стала героиней детской книжки, а ее снимок разместили на борту исследовательского судна Sir David Attenborough — в уголке домашних животных для команды. В декабре 2025 года владельцы сообщили о смерти Налы, и жители города запустили сбор средств на памятную статую у железнодорожной станции Стивенидж.
Тиддлс
С начала 1970-х до 1983 года в женском туалете лондонского вокзала Паддингтон жил кот причудливого окраса и внушительных размеров по кличке Тиддлс. Он превратился в полноценную городскую достопримечательность, сравнимую, по словам иностранных журналистов, с Британским музеем и Тауэром (в наши дни у него однозначно была бы своя метка на Google Maps!). Для многих туристов визит на Паддингтон включал обязательный спуск в дамскую комнату — познакомиться с толстым и вальяжным станционным смотрителем. Тиддлс появился там случайно. Одним холодным утром осенью 1970 года уборщица Джун Уотсон по дороге на работу почувствовала, как что-то мягкое прильнуло к ее ноге, и, посмотрев, увидела крошечного бездомного котенка. Он последовал за ней вниз и остался в туалете — сначала как временный гость, затем как полноправный житель.
Имя Тиддлс закрепилось за котенком и со временем приобрело ироничный оттенок: Тиддлс рос в длину и в ширину, а вместе с ним росла и его слава (в переводе с английского «tiddly» значит «крошечный».— Прим. ред.). Слухи о коте Паддингтона разошлись сначала среди лондонских пассажиров, затем по стране, а затем и далеко за ее пределами. Его сравнивали с медвежонком Паддингтоном из классической детской книжки — еще одним существом, которое когда-то пришло на станцию и осталось там навсегда. Тиддлс почти не передвигался, большую часть времени проводя в плетеной корзине с подушками. У Тиддлса была собственная рождественская елка, его угол украшали к королевским юбилеям и свадьбе Чарльза и Дианы, а годовщины его поселения на станции отмечали, угощая персонал и гостей вином. Стены вокруг лежанки были увешаны открытками и письмами от поклонников со всего мира, а рядом висела табличка, где кот представлялся и сообщал свой возраст, вес и гастрономические предпочтения. Предпочтения, к слову, у него были исключительные! Посетители делали Тиддлсу подношения, и довольно быстро он приучил публику к своим высоким стандартам: ему нравились куриная печень, почки, кролик, треска, стейк, а всякие там консервы и сухой корм он демонстративно игнорировал. На станции даже появился отдельный холодильник для его мяса и молока. При таком рационе кот стремительно набирал вес, но попытки посадить его на диету неизменно проваливались. В начале 1980-х Тиддлс весил около пятнадцати килограммов и в 1982 году выиграл чемпионат Лондона среди толстых котов, получив в довесок репутацию самого упитанного кота страны.
В 1983 году, в возрасте около тринадцати лет, кота усыпили по медицинским показаниям из-за скопления жидкости вокруг легких.
Нельсон
У самого известного политического деятеля Британии, конечно же, тоже был свой любимчик. Черный бездомный кот появился в жизни Уинстона Черчилля еще до его премьерства: будущий глава правительства заметил его в Адмиралтейском доме, когда кот без колебаний дал отпор огромной собаке. Черчилль был впечатлен и, не раздумывая, решил кота усыновить и назвать в честь адмирала Горацио Нельсона. «Самый храбрый кот, которого я когда-либо знал»,— говорил Черчилль позже, с явным удовольствием включая эту историю в число своих анекдотов для гостей.
Летом 1940 года, после назначения Черчилля премьер-министром, Нельсон переехал вместе с ним на Даунинг-стрит. Там его ждала не только новая резиденция, но и соперник — кот предыдущего премьера Невилла Чемберлена, которого в прессе прозвали «мюнхенским мышеловом». Журналисты гадали, как сложатся отношения между старожилом и Нельсоном, и иронично сравнивали потенциальный конфликт с дипломатическими баталиями. Что ж, дружбы не вышло: коты друг друга не приняли, и их противостояние позже не раз сравнивали с более поздними кошачьими дуэлями, например с враждой Ларри и Палмерстона. Нельсон, кстати, принимал активное участие в повседневной жизни военного кабинета. Во время заседаний он предпочитал устраиваться рядом с Черчиллем, выполняя функцию живой грелки в плохо отапливаемые годы. Премьер-министр, по воспоминаниям современников, не упускал случая пошутить, что таким образом кот экономит топливо и энергию и тем самым вносит вклад в военные усилия союзников. В рождественский сезон 1941 года среди американских подарков Черчиллю оказалась и кошачья мята — специально для Нельсона. Американский журналист Квентин Рейнольдс описывал ужин, на котором Черчилль декламировал Шекспира, а Нельсон то и дело запрыгивал к нему на колени; дочь премьер-министра Мэри, впрочем, иронично замечала, что кот проявлял свою верность главным образом в те вечера, когда на ужин подавали лосося. В 1944 году Нельсон умудрился на время застрять в холодильнике, пытаясь добыть дополнительную порцию молока — к счастью, инцидент закончился благополучно.
Джок I
Вообще в жизни Черчилля всегда было много животных — лошади, рыбки в прудах, собаки, коровы, свиньи и даже собственные черные лебеди, и Нельсон не был его единственным котом. В поместье Чартвелл с Черчиллем жили полосатый Микки и Танго мармеладно-рыжего оттенка. На восемьдесят восьмой день рождения политика Джок Колвилл, секретарь, служивший у него в военные годы, подарил ему рыжего котенка с белыми отметинами. Черчилль назвал его Джоком, и он стал его главной отрадой в последние годы жизни. Когда Джок умер, его похоронили на террасе имения, рядом с пуделями политика (оба носили кличку Руфус). После смерти премьера Чартвелл был передан в дар Национальному фонду, но семья попросила, чтобы там всегда содержался рыженький котик с белой грудкой и носочками по имени Джок. Эта традиция продолжается по сей день — с 2020 года в усадьбе живет Джок VII.
Майк
Если у Британского музея есть ангел-хранитель, то он однозначно мохнатый: в начале XX века полосатый серый кот по имени Майк почти двадцать лет охранял главные ворота музея и стал фигурой настолько заметной, что после его смерти журнал Time посвятил ему сразу две статьи. Появился кот здесь весной 1908 года, и довольно эффектно: тогдашний пушистый обитатель Британского музея по кличке Блэк Джек подошел к хранителю египетских древностей Эрнесту Альфреду Уоллису Баджу и аккуратно положил к его ногам маленького котенка. Так началась музейная карьера Майка; уже через год он стал учеником Блэк Джека. Старший кот обучал его, как выслеживать залетавших в музейные залы голубей, загонять в угол, оглушать, а затем приносить уборщице — та обменивала добычу на еду и молоко и отпускала птиц целыми и невредимыми. Представляете, насколько вежливые и благородные коты работали когда-то в лондонских музеях?
Со временем Майк окончательно закрепился у главного входа в музей, где и провел следующие два десятилетия. Кот славился непростым характером: он избегал женщин, терпеть не мог собак и принимал еду лишь от тех, кто, по выражению современников, относился к нему как к мужчине и брату. В газетах писали, что он с одинаково философским видом взирал и на знаменитых ученых, и на лондонских уличных мальчишек, и на монахов в облачении, и на туристов со всего света. В 1924 году Майк формально ушел в отставку, но фактически продолжал следить за жизнью музея. Особенно активно он изгонял случайных бродячих собак: те спасались бегством, едва завидев кота у ворот. К середине 1920-х его уже называли едва ли не самым известным котом Британии своего времени, и это задолго до появления соцсетей!
После смерти Майка в январе 1929 года Уоллис Бадж опубликовал в Evening Standard некролог, который позже лег в основу отдельной книги — обстоятельной биографии музейного кота. У главного входа со стороны Грейт-Рассел-стрит установили надгробие с лаконичной надписью: «Он помогал охранять главные ворота Британского музея с февраля 1909 года по январь 1929 года».
Том Крымский (он же Том Севастопольский)
Сложно сейчас установить, что в этой истории правда, а что фронтовая легенда. В конце 1855 года, вскоре после взятия Севастополя англо-французскими войсками, лейтенант Уильям Гэйр из Шестого драгунского гвардейского полка во время одного из патрулей заметил кота, который, покрытый пылью и грязью, сидел на груде обломков между ранеными. Животное, пережившее почти год осады, выглядело на удивление упитанным. Кот позволил взять себя на руки — так Том оказался в офицерских покоях и быстро стал их постоянным обитателем и всеобщим любимцем. Положение союзных войск в разрушенном городе было тяжелым: запасы продовольствия подходили к концу, а найденные склады оказывались пустыми. Офицеры, понятное дело, быстро обратили внимание на странный диссонанс: кот, живущий среди разрухи, явно не голодал. Они решили проследить за Томом и обнаружили за завалами тайник с продовольствием, предположительно оставленный русскими, а потом Том привел их к еще нескольким небольшим складам у доков. По воспоминаниям современников, эти находки заметно облегчили положение британских и французских частей в городе.
После окончания войны Гэйр увез кота в Англию, намереваясь оставить его у себя, но Том прожил недолго и умер в конце 1856 года. В духе XIX века лейтенант распорядился сделать из зверя чучело и передать его в Королевский институт объединенных служб — как своеобразный трофей и напоминание о кампании. Впоследствии возникла путаница: в середине XX века на блошином рынке было приобретено еще одно чучело кота, которого стали называть Крымским Томом. Сегодня одно из них хранится в Национальном армейском музее, но прямых доказательств, что это именно тот самый кот из Севастополя, не существует. Тома также пытались опознать на картине Джона Далбиака Луарда «Добро пожаловать, 1855», где кот дремлет у печи, среди офицеров, разбирающих посылки с родины, однако специалисты по живописи того периода относятся к этой версии скептически.
Непотопляемый Сэм
История Непотопляемого Сэма (Unsinkable Sam; это прозвище, кота на самом деле звали Оскар) — одна из самых живучих морских легенд Второй мировой войны. По распространенной версии, черно-белый корабельный кот пережил гибель трех кораблей в 1941 году: сначала немецкого линкора «Бисмарк», затем британского эсминца HMS Cossack и, наконец, авианосца HMS Ark Royal. Именно после последнего крушения кот получил свое прозвище.
Единственный эпизод, который более-менее надежно подтвержден современными источниками, связан с гибелью Ark Royal в ноябре 1941 года у берегов Гибралтара. Тогда газеты и агентства действительно сообщали, что среди спасенных оказался корабельный кот: его нашли на плавающей доске и подняли на катер. Фотографии животного появились в прессе, в заметках подчеркивалось, что кот потерял две из девяти жизней, но остался цел и крайне недоволен происходящим. В тех же сообщениях упоминалось, что ранее кот якобы находился на борту «Бисмарка» и был спасен британскими моряками, однако это утверждение уже тогда опиралось исключительно на слова членов экипажа. Современные исследователи сомневаются, что речь во всех трех случаях действительно шла об одном и том же животном: количество кошек на кораблях, их имена и маршруты в газетных публикациях сильно расходятся, а фотографии Оскара-Сэма нередко изображают разных животных.
После гибели Ark Royal выловленного из воды кота перевезли сначала в резиденцию губернатора Гибралтара, а затем в Северную Ирландию, где он провел остаток войны в морском приюте в Белфасте; считается, что кот умер в середине 1950-х годов. Пастельный портрет Непотопляемого Сэма сегодня хранится в Национальном морском музее в Гринвиче.
